Великий мастер из Турная сосредоточил композицию на сострадании Марии – чувстве, испытываемом Богородицей при виде страданий и смерти ее сына. Чтобы передать это в образах, художник выбирает тот момент, когда Иосиф Ариматейский, Никодим и один из помощников держат на весу тело Христово, а Мария падает без чувств на землю, поддерживаемая Святым Иоанном и одной из святых.

Богатство материалов (синий цвет мантии Богородицы является одним из наиболее чистых образцов лазурита, использовавшихся во фламандской живописи той эпохи), а также грандиозность размеров, с фигурами, представленными почти в натуральную величину, сами по себе делают очевидным исключительный характер этого произведения. Неглубокое пространство на позолоченной доске, на котором Вейден располагает свои фигуры, а также геометрические орнаменты, выписанные в верхних углах, также имитирующие позолоченное дерево, равно как и прямоугольная отделка центра, придают им вид полихромных скульптур. Кроме того, оптический обман еще более усиливается глубоким чувством пластики, которое Вейден придает своим фигурам, так же, как и во всех своих ранних произведениях, следуя примеру своего учителя Роберта Кампина.

Вейден мастерски обходится с фигурами, представленными на ограниченном пространстве в глубине и по краям, где противопоставленные и взаимодополняющие движения Святого Иоанна и Магдалины завершают композицию. Внутри этого пространства выделяется игра параллельных диагоналей, которые оформляют тела Иисуса Христа и Марии, с очевидностью подчеркивая их двойную страсть. Поражают их жесты, та сдержанность, с которой они выражают свои чувства, а также игра различных изгибов, объединяющих персонажей.

Произведение было заказано Братством Арбалетчиков Ловайны, в Бельгии, для их часовни в Церкви Богоматери Экстрамурос: в нижних его углах представлены небольшие арбалеты. Было приобретено Марией Венгерской в XVI в., чтобы потом перейти в руки ее племянника Филиппа II, который поместил его в часовню Дворца в Эль Пардо, где оно и находилось вплоть до 1574 г., когда было передано в Эль Эскориаль. Там оно размещалось до 1939 г., когда и было привезено в Национальный Музей Прадо, а в качестве компенсации была отослана копия Михеля Кокси.